«Это музыка смерти, — подумал Ник, — вот, значит, она какая». Музыка все нарастала, она была резкой, неприятной, волновала и будоражила его. А еще пульсировала какая-то голубоватая точка, так раздражающе и неприятно. Ник очнулся, он понял, что по-прежнему сидит перед экраном дисплея, а на нем мигает голубоватым светом датчик показания кислорода, и надрывается противным пиканьем звуковой датчик. Без сомнения, на этой планете был кислород! Холт торопливо простучал по клавиатуре, и на дисплее сразу высветились цифра сорок.

«Боже мой, сорок процентов содержания кислорода в атмосфере, этого не может быть!» Но рассуждать было некогда. Ник произвел захват цели в прицеле навигатора и нажал на пуск двигателя. Резкий толчок подтвердил, что двигатель активизировался, и Холт уже вручную вывел его на максимальную мощность. Топлива оставалось очень мало, и надо было, как можно быстрей развить максимальную скорость. Тело Холта прижали перегрузки, но тот мало обращал на это внимание, всего каких-то пять жэ. Спустя пятнадцать минут он отключил двигатели, оставив про запас ничтожно малую толику топлива.

«Расчетное время прибытия — пять часов», — высветил надпись бортовой компьютер.

— Запас кислорода? — запросил Ник.

«Пять часов», — послушно высчитал искусственный мозг.

«Забавно, выходит, на планету опустится корабль с двумя трупами?» — подумал Ник.

— Процент выживаемости, — снова запросил он компьютер.

«Два процента», — ответил тот.

— Два так два, — пробормотал Холт, и откинулся на спинку кресла навигатора. Все что он мог, Ник уже сделал. Оставалось только ждать, и стараться, как можно меньше двигаться, а значит и расходовать драгоценного кислорода.