Ева пробежалась пальцами по клавиатуре и отрицательно покачала головой.

— Нет. Если мы даже развернемся и разгонимся до максимума, то это займет как минимум полгода.

«Полгода никто нас там искать не будет», — подумал Ник.

— Тут есть еще наши корабли либо базы?

Ева снова занялась компьютером и спустя пять минут снова отрицательно покачала головой.

— Нет. Этот участок Галактики считался опасным, его раньше заселяли хинки. Потом их уничтожили, но уничтожили и все пригодные для заселения планеты. А в последнее время именно здесь чаще всего появляются тарки. Наш крейсер и был направлен с целью разведки этого района. Отсюда шли какие-то непонятные сигналы на частотах земных кораблей.

— И что же нам теперь делать?

Ева внимательно поглядела на своего спутника и пожала плечами.

— Не знаю.

— Если это территория тарков, то прежде всего надо выключить спасательный буй.

Ева послушно щелкнула одним из тумблеров. Теперь замолчал радиомаяк, до этого непрерывно подававший сигналы SОS.

— Сколько мы можем продержаться? — спросил Ник.

— Еды и воды для нас двоих как минимум на год. С воздухом похуже, месяцев на восемь.

— Какова вероятность встретить наш корабль, или кислородосодержащую планету?

— Не более двух процентов.

— Что ж, будем надеяться на третий случай?

Ева улыбнулась. Машинально Ник отметил, что у ней при этом на щечках проявились такие аппетитные ямочки.

— Придется.

В уставе Муравейника было сказано, что человек в экстремальных условиях должен прежде всего рассчитывать на себя, а потом уж на помощь собратьев по крови. Но среди землян существовало и понятие «третий случай», когда человеку помогало что-то просто невероятное, необъяснимое и чудесное.

— Ну что ж, тогда можно поесть, — решил Холт, и тут же желудок отозвался сосущей пустотой, словно вспомнив о том, что последний раз получал топливо четверо суток назад.